Смерть станет способом рассчитаться с долгами по кредитам

Не так давно скончался мой студенческий друг Сергей Тоболов. Как говорят в таких случаях, «сгорел на работе». Точнее, от быстротечной болезни, полученной в результате сильных переживаний и стрессов. Сергей однажды признался: эту болезнь вызвал один-единственный телефонный звонок. То ли ипотечная, то ли лизинговая компания требовала вернуть долг. Срочно, непременно, чего бы то ни стоило, кровь из носу, хоть сдохни! Вернуть он не успевал — оставалось сдохнуть…

Сергей считался одним из самых перспективных выпускников МГИМО. Знал несколько языков, в том числе весьма редких. После вуза шесть лет проработал в советском посольстве в Афганистане. В начале девяностых он оставил госслужбу и подался в бизнес, став чуть ли не главным поставщиком в Россию минеральной воды известной марки. Дела шли неплохо. Начал расширяться, взял в аренду огромное количество вендинговых автоматов, несколько автомобилей для развоза продукции, приобрел небольшую квартиру в ипотеку. Несмотря на высокие проценты, успел выплатить почти половину кредита.


Но в дверь офиса постучалась беда. Внезапные проверки налоговой инспекции, пожарников, потребнадзора и других контролеров создали невыносимые условия. Бизнес в одночасье рухнул. Как оказалось, за всем этим стоял крупный монополист, имеющий поддержку в коридорах власти. Потому ни обращения в суд, ни публикации в прессе не помогли. Оставшийся без дела коллектив, пустые вендинговые аппараты и ненужный транспорт приносили одни убытки. Со всех сторон стали щипать и кусать кредиторы. Сергей отбивался как мог, занимал у друзей, коллег, полез в микрозаймы и... еще больше погряз в долгах. Вчерашние союзники и партнеры стали звонить, посылать по ночам эсэмэски с угрозами, делать звонки с «последними предупреждениями».

Он осунулся, начал худеть, заболел и попал в клинику, откуда уже не выходят. Приехала старенькая мама из Владикавказа, поскольку моему другу требовался уход. А молодая жена и дочь, самые родные и близкие люди, перестали к нему приезжать.

В последнее время мы с Сергеем часто общались. Он был уверен, что причиной хвори стал конфликт с крупным банком. Особенно его подкосил разговор с одним из его руководителей, с которым они много лет дружили семьями, но который и не подумал входить в положение Сергея. Именно в тот момент он пережил мощнейший психологический удар, потрясение, которые и привели к неизлечимой болезни.

Такое же печальное продолжение получила история взаимоотношений другого моего знакомого, Семена Фризова, с крупным коммерческим банком. Он имел неосторожность взять кредит под залог четырехкомнатной квартиры. И, как только у него возникла проблема с выплатой, банк переоформил собственность на себя. Причем в нарушение всех мыслимых и немыслимых правил. На суде адвокаты не раз заявляли об этом, но слушать их никто не стал. В споре с мощным финансовым учреждением шансы у обычного человека равны нулю. Так пожилой москвич остался на склоне лет без крыши над головой.

Наташа и ее гражданский муж приобрели в ипотеку однокомнатную квартиру. Во время кризиса платить по счетам стало труднее. Суды и тяжбы с ипотечной компанией, постоянные выяснения отношений и ссоры испортили отношения,и молодые вскоре разбежались. Кризис лишил их надежд выкупить квартиру и разрушил счастливую семейную жизнь.

Таких горемык и страдальцев в каждом городе сотни, если не тысячи. Некоторые, попав в финансовую пропасть, предпочитают разрубить гордиев узел самым страшным способом.


В одном из столичных офисов недавно нашли остывшее тело известного в прошлом бизнесмена, который попал на огромный штраф по кредиту. Затем пошли пени. Долг продолжал увеличиваться. Не найдя иного выход, тот закрылся в кабинете и свел счеты с жизнью.

Все эти драматические истории в который раз убеждают, насколько слаб, уязвим и хрупок в нашей стране человек, дерзнувший взять кредит, влезть в ипотеку или самостоятельно заняться бизнесом. Высокие проценты душат и сжигают все инициативы на корню, а если еще и какой-нибудь кризис накроет...

В сравнении со странами Старого Света, на которые мы любим равняться, процентные ставки в России просто зашкаливают — 15-20 процентов годовых. Объясняется все высокой инфляцией, из-за которой банки могут прогореть, если снизить порог. И такое действительно случается. Многие лишаются лицензий и закрываются.

Однако в безнадежно загнивающем Западе все-таки умудряются и банки свои сохранять, и кредиты давать под мизерные проценты. Существуют целые программы финансовой помощи и защиты граждан. Мой знакомый купил в Ницце квартиру за 180 тысяч евро в ипотеку. Муниципалитет договорился о годовой отсрочке для него начала платежей, чтобы он успел сделать ремонт, заселиться и обустроиться на новом месте. Затем часть ипотеки (30 тысяч евро) освободили от всяких процентов, согласно муниципальной программе поддержки молодых семей. Оставшиеся 150 тысяч оформили под 2,5 процента годовых. Итого за десять лет семья переплатит сверх официальной стоимости лишь 35 тысяч евро. Не так много, учитывая то, что они живут в собственной, а не в съемной квартире.

В нашей стране ипотека доходила порой до 20–24 процентов в год. Даже сейчас, когда они стал вдвое ниже, переплата за равноценную площадь у нас бы составила… 216 тысяч у.е. Словом, за одну квартиру пришлось бы заплатить как за две.

Наша ипотека — русская рулетка. Можешь оплатить половину стоимости и даже две трети, но не факт, что станешь обладателем вожделенного жилья.

В Европе покупатель ничем не рискует: каждая сделка по ипотеке защищена страховкой. Обойдется услуга дополнительно в 15 евро в месяц, зато какие преференции! Если вы временно остались без работы и не можете платить, обязанности по ипотеке возьмут на себя страховщики. Если глава семьи стал инвалидом или, не дай бог, покинул этот мир, страховая компания погашает за него все платежи.

Сейчас ипотечная ставка во Франции еще ниже — около полутора процентов. Поэтому молодые семьи, в том числе получившие недавно гражданство, с удовольствием оформляют ипотеку. Ибо гарантированно получают свои квадратные метры.

В нашей стране подобные программы развиваются не столь успешно, ибо для финансовых структур главная задача — не помочь людям, а немного пограбить их. Поэтому широкое хождение получили потребительские кредиты, товарные кредиты, автокредиты, пластиковые карты, которые буквально навязываются любому алкашу и бездельнику. В том числе с экранов телевидения. Главное, чтобы были паспорт и прописка.

Но ужаснее всего так называемые микрозаймы, похожие на игры наперсточников. Вроде суммы небольшие, но грабительские условия приводят к частым трагедиям. О них становится известно только в случаях из разряда вон: если коллектор бросил в окно должнику «коктейль Молотова», застрелил его, изнасиловал его жену или дочь.

На сегодня в стране почти 50 миллионов закредитованных граждан — почти каждый активный или работающий человек. Сумма общего долга выглядит астрономически — 12 триллионов рублей. Ясный перец — мало кто сможет вернуть, разве что простить их и забыть. Но правительство на это вряд ли пойдет. Нет никакой необходимости завоевывать симпатии граждан. Они и так готовы любить власть.

Иные депутаты, правда, выдают гениальные, как им кажется, идеи для облегчения жизни бедолаг, попавших в финансовую яму. Не в смысле списания долга, нет! Идея более проста и эффективна — запретить коллекторам более двух раз звонить должнику по ночам... Разбудить можно, но только дважды, не более.

Есть и более интригующее предложение — ликвидировать финансовую безграмотность населения. Раз и навсегда покончить с этим пережитком прошлого. Непонятно, правда, почему все должны быть финансово грамотными, зачем простому человеку заучивать длинные и нудные документы! Один только «Закон о защите физлиц при взыскании долгов» — огромный фолиант в 60 тысяч знаков. То есть целая брошюра. Не юристу и не финансисту очень трудно разобраться с его содержанием. Да и зачем?

Не лучше ли навести порядок в банковской сфере, чтобы не обманывали работяг и не впаривали им сумасшедшие кредиты. А некоторых алчных микрофинансистов, толкающих население в долговые ямы, заставить работать на страну, а не на свой карман. Вот это было бы гуманнее, дешевле и полезнее.

Недавно правительство Грузии приняло решение аннулировать банковские долги более 600 тысяч граждан — это почти 20 процентов населения страны. Амнистируемая сумма — 565 миллионов долларов, огромная для бюджета маленькой и не очень-то богатой Грузии. Словом, экономическое развитие здесь решили начать с курса на борьбу с нищетой, а не повышения финансового образования стремительно беднеющих масс.

По нашим же законам «списание задолженности банками может производиться при… кончине должника». То есть, чтобы избавиться от долга, в нашей стране желательно умереть. Так и поступил мой студенческий друг Сергей Тоболов. Других вариантов у него не оказалось.